Читать диплом по литературе: "Символико–мифологический смысл произведений Пауло Коэльо" Страница 4

(Назад) (Cкачать работу)

образности [29; с.38].Ю. Лотман отмечает, что смысловой потенциал символа всегда шире, чем их реализация. Поэтому символ может вступать в неожиданные связи, изменять свою сущность неожиданно деформировать текстовое окружение. "Символ выступает как бы конденсатором всех принципов знаковости и, одновременно, выводит за рамки знаковости. Он посредник между семиотической и несемиотической реальностью. В равной степени он посредник между синхронией текста и памятью культуры. Его роль - роль семиотического конденсатора" [30; c.160].И.А. Швед рассматривает символ как "феномен культуры, специфическую понятийную структуру, воплощающую внешне воспринимаемый образ, содержащий множество смысловых реальностей, сформированных на основе достижений предыдущих культур" [7; c.13].По причине того, что смысл - многоаспектная категория, для его передачи могут использоваться различные символы; с другой стороны, символ наделяется множеством смыслов, обладает комплексом значений. Символ - результат развития человеческой мысли и средство художественного восприятия мира.Но на протяжении истории человечества, с развитием наук происходит уход от чувственного восприятия. Символ терял то значение, которыми наделялся ранее.Вырождение символов вызвало путаницу, которая царит в греческой мифологии, лишенной сегодня какой бы то ни было метафизической ценности. Мифы трансформировались в простой вымысел, что сами греки признали уже двадцать веков назад и что затрудняет выделение первобытных ритуалов, затерянных в нагромождении случайных эпизодов.С течением веков священный характер этих повествований постепенно исчезал, все более скрываясь под их поэтической и романтической интерпретациями, иногда приносившими вред из-за неизбежных искажений, ибо всеобщая двойственность священных символов обнаруживается именно в мифах. Это происходит тем более легко, что слово "священный" не означает "чудесный", разве что слово "чудо" является для нас религиозным обозначением некоего события. "Становясь всеобщим, - сказал Лейбниц, - чудесное уничтожает и поглощает то, что есть в нем необыкновенного, так как придает ему смысл… Вся природа полна чудес, но чудес разумных".В этой перспективе первичность мифа вполне "не зависит от происхождения", по словам Канта, и является "образом абсолюта", по мнению Гегеля, или, говоря современным языком, "логически подразумеваемой и общей на всех уровнях структурой", по определению Клода Леви-Стросса, что объясняет ее многозначность и универсальность. Мифы и ритуалы в действительности - дополнительные способы выражения той же судьбы, поскольку ритуалы представляют собой ее литургический аспект, а миф - осуществление через эпизоды прожитой истории.Ибо развитие теоретической истины в мифах не является выдумкой, по меньшей мере потому, что "выдумка", она же "фабула" (fable), происходит от корня, означающего "слово" (fabula), между тем как "миф" происходит от другого корня, означающего "бессловесный" и "безмолвный" (mutus). А мысль о бессловесности связана с вещами, которые по своей природе не могут быть выражены ничем, кроме символов. Мифы и чудеса родились, таким образом, из одного и того же эзотерического мировоззрения, характер которого